А.Ротману Брести без риска возгласа "Дошел", Срезая шоры с глаз опасной бритвой, Не упиваясь бесконечной битвой Между существованьем и душой- И узнавать сквозь замки на песке Суть бытия, в которой одинок ли?- Бег вдоль оси небесного монокля У Господа на длинном поводке. В рецепторах родного языка Храня моих иллюзий вкус горчащий, Жить в сердцевине нас испившей чаши Без перспективы вырваться за кадр, В метаньи вечном -от себя к себе- Тропинкой, что без умысла кривится, А муку невозможности привиться Принять как подаяние небес. Оловянные солдаты не ломаются о рифы- Лишь бы в жизни оставалось на бумагу и стакан. И когда на перекрестке проборматываю рифмы- Мне до лампочки в машине чьи-то пальцы у виска. Нашей жизни механизмы не работают без смазки- Не спешите же с налета непохожего судить. Много мудрости не надо, чтоб ходить в солидной маске, Если ж ты сошел с чего-то- значит, есть с чего сходить. Саламандры под гитару в хороводе пляшут слепо, Запалил лесные свечи в водах тонущий закат. Догорающее время вороша под слоем пепла, Я разыскиваю искру, где затеряна строка И насилую щипками эти струны, чтоб запели От восторга или боли, что во мне- едина суть... И тогда желанный берег на минуту из-за пены Вдруг проявится- и память ненадолго пронесу... По ошибкам и потерям, как по камешкам на пляже, Я торю свою тропинку в доносящийся прибой, Не раскладывая карты, не гадая, что мне ляжет, Все, что прожил или нажил, на плече неся с собой. Только юность, по дороге затерявшаяся где-то, Только небо, за делами позабывшее о нас, Только солнце на излете... И подспудная надежда, Что когда-нибудь подхватит набежавшая волна. Свет из чаши тишины Пью- безмолвие целебно. Домолчаться- до весны. Достучаться- до молебна. Будут, пО сердцу скребя, Строки древние листаться... Пусть остался без себя, Но спасет- в Тебе остаться? |